Самолет здорово покалечился во время вынужденной посадки, он походил сейчас на огромного диковинного зверя. Молодому русоволосому парню с капитанской «шпалой» на голубых петлицах гимнастерки, видневшихся из-под распахнутого на груди комбинезона, что сидел на земле около самолета, до этого, видимо, не было никакого дела. Он слепо глядел на исклеванную пулями пилотскую кабину и говорил себе под нос что-то неразборчивое, неспешно, через силу, шевеля сухими запекшимися губами. Очутись с ним в этот момент кто-нибудь рядом да прислушайся хорошенько, непременно счел бы за чокнутого.