Металлическое клацанье затворов оказалось самым громким звуком, слышным этим утром в кишлаке. Глушители, рассчитанные на двадцать-тридцать выстрелов, еще держали какой-то ресурс, но все прекрасно знали, что через несколько секунд утро взорвется грохотом стрельбы и если сейчас не положим как можно больше возможных противников, то нет гарантии на быстротечный конец операции. Абориген в распахнутом халате и непокрытой лысой головой сунулся из дверного проема и мгновенно исчез. Все. Сейчас пойдет самое веселье - рафаи будут драться до последнего.